Все что скрыто, о наркоте и ночной жизни. И снова я
german
солью кое что интересное для Вашего вечернего чтива)
У фестивалей электронной музыки исторически много проблем с наркополицейскими — тем более в России. В 1990-х и 2000-х обычным делом в клубах или на фестивалях были полицейские рейды с участием ОМОНа. Случаются они и сейчас — однако система взаимодействия рейвов с силовиками изменилась. Теперь за кулисами фестивалей полицейские обустраивают комнаты для медицинского освидетельствования посетителей, которых вылавливают рядом с танцполом сотрудники в штатском. Тех, кто отказывается сдавать анализы, долго держат в специальной комнате; потом им могут выписать штраф; задерживают людей иногда с применением силы. Промоутеры, судя по всему, знают о происходящем — и вынуждены идти на сотрудничество с органами: иначе могут потерять бизнес.
Рейверы с удостоверением
Недавно в Санкт-Петербурге проходил фестиваль электронной музыки Port: Off. Roots United оборудовали две сцены, где должны были выступить 11 артистов. За девять лет своего существования Roots United провели множество успешных вечеринок. У них была хорошая репутация, а организованные ими события, как правило, проходили без происшествий.
Никита (имя изменено по просьбе героя) и его друзья приехали на тусовку около часа ночи. У них проверили билеты; затем они прошли через металлоискатели — сотрудники площадки ощупали их куртки и пропустили молодых людей на территорию фестиваля. На первом этаже находился гардероб; от него вела лестница на второй, где и располагались сцены, бары и все остальное. Через огромные окна бывших цехов была видна панорама ночного Петербурга и Финский залив; Никита танцевал и общался с друзьями.
Вскоре он заметил странных людей. Они кучковались по двое-трое и не были похожи на обычных посетителей рейвов. Все были неприметными мужчинами за 30 в верхней одежде; они не танцевали, а внимательно наблюдали за публикой.
Через некоторое время Никита вышел покурить — это можно было сделать в специальном шатре на улице (погода была морозная: −15). У лестницы Никиту остановил незнакомый мужчина. Представившись сотрудником полиции, он предложил молодому человеку пройти тест на наркотическое опьянение — или быть задержанным и доставленным в отделение, где все равно придется пройти тест. Никита выбрал первый вариант; полицейский отодвинул сетку-рабицу, обозначавшую границу технической зоны, и повел его вглубь здания — на второй этаж.
В комнате, где они оказались, уже были два десятка посетителей фестиваля; многие из них, как показалось Никите, были пьяны или находились в измененном состоянии сознания. Полицейский указал задержанному на очередь в пять-шесть человек еще в одну комнату — там оформляли документы. Внутри сидели три женщины в медицинских халатах. Одна из них предложила Никите сесть, потом записала его паспортные данные, фактический адрес и место работы — и спросила, употреблял ли он сегодня алкоголь и наркотики. Никита ответил, что выпивал в фестивальном баре. Ему выдали пластиковый контейнер, а потом отвели для сдачи мочи в туалет, вход в который охраняли двое полицейских. Температуру контейнера измерили специальным прибором и убрали в термошкаф. Покидая помещение, Никита услышал, как одна из женщин, оформлявших посетителей, спросила другую: «Ну что, в следующий раз на „Продиджи“ увидимся?»
Как рассказывают Никита и другие посетители тусовки, инциденты такого рода в течение фестиваля происходили постоянно. Если кто-то говорил, что у него нет документов, ему угрожали задержанием до выяснения личности; фотография паспорта в телефоне полицейских устраивала. Некоторые отказывались от освидетельствования: по словам Никиты, одному из таких людей пообещали, что «с ним придут и поговорят»; другой собеседник рассказал, что его знакомого, отказавшегося от освидетельствования, продержали в технической зоне несколько часов и только потом выдали протокол об отказе на подпись; еще одному отказнику сказали, что его исключат из вуза и лишат водительских прав. Все задержанные сказали, что полицейские создавали впечатление, что отказаться от сдачи анализов невозможно.
Несколько человек рассказали, что их или их знакомых задерживали, применяя силу. Один из задержанных начал шуметь, снимать происходящее на камеру телефона, ходить по комнате, после чего его отвели в коридор; оттуда послышались звуки ударов и стоны. Еще одного человека сильно ударили, когда он попытался покинуть зону освидетельствования.
Еще двое ребят рассказали, что к ним на площадке подходила девушка с камерой — она была одета в кепку и джинсы и выглядела как «обычная рейверша». Незнакомка пыталась завязать с ними диалог, спрашивала, как они отдыхают, и настойчиво предлагала сделать снимок на ее фотоаппарат — изображение она обещала переслать в соцсетях. Когда одного из молодых людей позже задержали, он увидел эту девушку в зоне освидетельствования — она заводила туда еще одного посетителя фестиваля.
Тех, кто сдал анализы, после этого выпроваживали обратно на территорию фестиваля — провел там еще некоторое время и Никита. Все это время мероприятие не прерывалось. Как утверждают свидетели, сотрудники Port: Off явно были в курсе происходящего: полицейские свободно передвигались по территории фестиваля; один из них, который вел задержанного на освидетельствование, кивнул охраннику, и тот отодвинул ограждение, чтобы их пропустить.
После того как Никита сдал анализы, полицейские его никак не беспокоили. Двум другим парням повезло меньше — одному из них спустя месяц после события позвонил сотрудник суда и пригласил прийти на заседание, другому пришла повестка по почте. За отказ от медицинского освидетельствования им обоим выписали штраф четыре тысячи рублей.
От приема к компромиссу
Наиболее привычной формой работы силовиков на музыкальных мероприятиях в 1990-х и 2000-х были так называемые маски-шоу — рейды, в ходе которых мероприятие прерывалось сотрудниками полиции и ОМОНа. Часто они сопровождались задержаниями, насилием и нарушениями закона.
Приемы были просто страшные. Случались избиения, подбрасывали все на свете. Это происходило прямо на глазах у свидетелей. Особенно запомнился рейд в петербургском клубе «Грибоедов», который прошел в 1997 или 1998 году. «У пришедших не было основания для захода в помещение. Не было ордера на обыск, никаких документов. Их не пустили. [Полицейские] сказали, что будут действовать жестко и что, в общем, всем пиздец, — рассказывает промоутер. — Болгаркой вырезали дверь. У человека, который стоял на фейсконтроле, было сломано приблизительно все, что есть в человеческом организме. Они зашли внутрь. 16-летних моделей отхерачили, в том числе в жесткой форме. Забрали все, что представляло реальную ценность: деньги, видеокассеты, алкоголь. Все было украдено».
«Если делать „маски-шоу“, то происходит мгновенный сброс [наркотиков] — и их принадлежность [доказать] слишком сложно. За хранение „палку“сотрудники уже не получат, — рассуждает юрист, вспоминая вечеринку, прошедшую в 2015 году. — Поэтому была применена новая технология. Приезжали сотрудники, с автобусом, он тихонечко становился во дворе клуба. На нижнем этаже клуба — лаборатория, а сотрудники в штатском ходили среди отдыхающих. Если поведение казалось им подозрительным, они этого человека направляли вниз, задерживали, оформляли».
Такие вещи зачастую происходят на техно рейвах, будьте осторожны и берегите себя. Я дал вам информацию, а что с ней делать — решать уже вам.
german
солью кое что интересное для Вашего вечернего чтива)
У фестивалей электронной музыки исторически много проблем с наркополицейскими — тем более в России. В 1990-х и 2000-х обычным делом в клубах или на фестивалях были полицейские рейды с участием ОМОНа. Случаются они и сейчас — однако система взаимодействия рейвов с силовиками изменилась. Теперь за кулисами фестивалей полицейские обустраивают комнаты для медицинского освидетельствования посетителей, которых вылавливают рядом с танцполом сотрудники в штатском. Тех, кто отказывается сдавать анализы, долго держат в специальной комнате; потом им могут выписать штраф; задерживают людей иногда с применением силы. Промоутеры, судя по всему, знают о происходящем — и вынуждены идти на сотрудничество с органами: иначе могут потерять бизнес.
Рейверы с удостоверением
Недавно в Санкт-Петербурге проходил фестиваль электронной музыки Port: Off. Roots United оборудовали две сцены, где должны были выступить 11 артистов. За девять лет своего существования Roots United провели множество успешных вечеринок. У них была хорошая репутация, а организованные ими события, как правило, проходили без происшествий.
Никита (имя изменено по просьбе героя) и его друзья приехали на тусовку около часа ночи. У них проверили билеты; затем они прошли через металлоискатели — сотрудники площадки ощупали их куртки и пропустили молодых людей на территорию фестиваля. На первом этаже находился гардероб; от него вела лестница на второй, где и располагались сцены, бары и все остальное. Через огромные окна бывших цехов была видна панорама ночного Петербурга и Финский залив; Никита танцевал и общался с друзьями.
Вскоре он заметил странных людей. Они кучковались по двое-трое и не были похожи на обычных посетителей рейвов. Все были неприметными мужчинами за 30 в верхней одежде; они не танцевали, а внимательно наблюдали за публикой.
Через некоторое время Никита вышел покурить — это можно было сделать в специальном шатре на улице (погода была морозная: −15). У лестницы Никиту остановил незнакомый мужчина. Представившись сотрудником полиции, он предложил молодому человеку пройти тест на наркотическое опьянение — или быть задержанным и доставленным в отделение, где все равно придется пройти тест. Никита выбрал первый вариант; полицейский отодвинул сетку-рабицу, обозначавшую границу технической зоны, и повел его вглубь здания — на второй этаж.
В комнате, где они оказались, уже были два десятка посетителей фестиваля; многие из них, как показалось Никите, были пьяны или находились в измененном состоянии сознания. Полицейский указал задержанному на очередь в пять-шесть человек еще в одну комнату — там оформляли документы. Внутри сидели три женщины в медицинских халатах. Одна из них предложила Никите сесть, потом записала его паспортные данные, фактический адрес и место работы — и спросила, употреблял ли он сегодня алкоголь и наркотики. Никита ответил, что выпивал в фестивальном баре. Ему выдали пластиковый контейнер, а потом отвели для сдачи мочи в туалет, вход в который охраняли двое полицейских. Температуру контейнера измерили специальным прибором и убрали в термошкаф. Покидая помещение, Никита услышал, как одна из женщин, оформлявших посетителей, спросила другую: «Ну что, в следующий раз на „Продиджи“ увидимся?»
Как рассказывают Никита и другие посетители тусовки, инциденты такого рода в течение фестиваля происходили постоянно. Если кто-то говорил, что у него нет документов, ему угрожали задержанием до выяснения личности; фотография паспорта в телефоне полицейских устраивала. Некоторые отказывались от освидетельствования: по словам Никиты, одному из таких людей пообещали, что «с ним придут и поговорят»; другой собеседник рассказал, что его знакомого, отказавшегося от освидетельствования, продержали в технической зоне несколько часов и только потом выдали протокол об отказе на подпись; еще одному отказнику сказали, что его исключат из вуза и лишат водительских прав. Все задержанные сказали, что полицейские создавали впечатление, что отказаться от сдачи анализов невозможно.
Несколько человек рассказали, что их или их знакомых задерживали, применяя силу. Один из задержанных начал шуметь, снимать происходящее на камеру телефона, ходить по комнате, после чего его отвели в коридор; оттуда послышались звуки ударов и стоны. Еще одного человека сильно ударили, когда он попытался покинуть зону освидетельствования.
Еще двое ребят рассказали, что к ним на площадке подходила девушка с камерой — она была одета в кепку и джинсы и выглядела как «обычная рейверша». Незнакомка пыталась завязать с ними диалог, спрашивала, как они отдыхают, и настойчиво предлагала сделать снимок на ее фотоаппарат — изображение она обещала переслать в соцсетях. Когда одного из молодых людей позже задержали, он увидел эту девушку в зоне освидетельствования — она заводила туда еще одного посетителя фестиваля.
Тех, кто сдал анализы, после этого выпроваживали обратно на территорию фестиваля — провел там еще некоторое время и Никита. Все это время мероприятие не прерывалось. Как утверждают свидетели, сотрудники Port: Off явно были в курсе происходящего: полицейские свободно передвигались по территории фестиваля; один из них, который вел задержанного на освидетельствование, кивнул охраннику, и тот отодвинул ограждение, чтобы их пропустить.
После того как Никита сдал анализы, полицейские его никак не беспокоили. Двум другим парням повезло меньше — одному из них спустя месяц после события позвонил сотрудник суда и пригласил прийти на заседание, другому пришла повестка по почте. За отказ от медицинского освидетельствования им обоим выписали штраф четыре тысячи рублей.
От приема к компромиссу
Наиболее привычной формой работы силовиков на музыкальных мероприятиях в 1990-х и 2000-х были так называемые маски-шоу — рейды, в ходе которых мероприятие прерывалось сотрудниками полиции и ОМОНа. Часто они сопровождались задержаниями, насилием и нарушениями закона.
Приемы были просто страшные. Случались избиения, подбрасывали все на свете. Это происходило прямо на глазах у свидетелей. Особенно запомнился рейд в петербургском клубе «Грибоедов», который прошел в 1997 или 1998 году. «У пришедших не было основания для захода в помещение. Не было ордера на обыск, никаких документов. Их не пустили. [Полицейские] сказали, что будут действовать жестко и что, в общем, всем пиздец, — рассказывает промоутер. — Болгаркой вырезали дверь. У человека, который стоял на фейсконтроле, было сломано приблизительно все, что есть в человеческом организме. Они зашли внутрь. 16-летних моделей отхерачили, в том числе в жесткой форме. Забрали все, что представляло реальную ценность: деньги, видеокассеты, алкоголь. Все было украдено».
«Если делать „маски-шоу“, то происходит мгновенный сброс [наркотиков] — и их принадлежность [доказать] слишком сложно. За хранение „палку“сотрудники уже не получат, — рассуждает юрист, вспоминая вечеринку, прошедшую в 2015 году. — Поэтому была применена новая технология. Приезжали сотрудники, с автобусом, он тихонечко становился во дворе клуба. На нижнем этаже клуба — лаборатория, а сотрудники в штатском ходили среди отдыхающих. Если поведение казалось им подозрительным, они этого человека направляли вниз, задерживали, оформляли».
Такие вещи зачастую происходят на техно рейвах, будьте осторожны и берегите себя. Я дал вам информацию, а что с ней делать — решать уже вам.
